ПРЕССА

Танцующие в темноте

02 апреля 2003, Лариса Барыкина, "Российская газета"

Появление в российском танцевальном контексте труппы "Эксцентрик-балет Сергея Смирнова" было неожиданным. Никому не известные дебютанты из Екатеринбурга приехали в Москву в качестве соискателей Национальной театральной премии, а уже через несколько дней после выступления их лидер Сергей Смирнов стоял на сцене Большого театра и получал "Золотую маску" за лучший спектакль современного танца. История "про Золушку" вызвала шум с оттенком раздражения: у столичной критики в фаворитах числились другие названия. Однако прорезавшийся вдруг смирновский "Голос" (так назывался спектакль) оказался отменного качества и получил еще несколько наград. А сам хореограф, не мешкая, поставил следующий спектакль, а в конце 2002-го сочинил третий. Вот только показать премьеру было непростой задачей. Как и многие российские труппы contemporary dance, коллектив, созданный из педагогов и студентов Екатеринбургского училища культуры и искусства, жил нелегкой студийной жизнью без официального статуса, зарабатывая на жизнь педагогикой и шоу-проектами.

 

Теперь Смирнову поступило предложение стать хореографом Театра музыкальной комедии и войти вместе со всем коллективом в состав академической труппы, не теряя независимости. В итоге главный режиссер театра Кирилл Стрежнев получил в сотрудники интересного хореографа неакадемического толка (результат их совместной работы предстанет в конце апреля), а "эксцентрики" - площадку для выступлений. На днях уже в новом качестве труппа Смирнова показала вечер современной хореографии из трех спектаклей. Такой коллектив должен был появиться. "Голос", принесший "эксцентрикам" известность, провозгласил приоритет танца и открытую эмоциональность - качества, не столь частые в новом жанре, где более приветствуется концептуальность или претензии на нее. Последняя премьера Смирнова - "Выход" - предлагает по-новому взглянуть и на хореографа, и на его труппу.

Спектакль развивается в сгущенной атмосфере, близкой постиндустриальным антиутопиям в кино. Люди, потрепанные жизнью, почти что люмпены, загнаны то ли в подвал, то ли в один из тупиков подземки. Нет ни света, ни воздуха. Скрытый лидер и замкнутые интроверты, пара истеричных дамочек и городская сумасшедшая - в смешанном обществе проявятся разные психологические типы. Кажется, что у них мало общего, но скованных одной

бедой объединит цель - выбраться отсюда. И выход вроде бы брезжит: взгляды устремлены в одну точку, они следят за невидимой нам полоской света, щелочкой в дверном проеме или отверстием в стене. Что это было, мы не узнаем, но стремление к недостижимой цели заставит их маниакально двигаться в одном направлении, ползти, бежать, отталкивая друг друга, падать в изнеможении и корчиться от боли, снова подыматься и вновь идти. Интересно наблюдать, как Смирнов делает минималистски лаконичный спектакль: тщательно отобранная лексика, строго прочерченное чередование сольных фрагментов и унисона. В финале всех ждет неожиданное. Не обретенный выход - это было бы банально. Когда безысходность ситуации ясна и апатия овладеет сознанием героев, в руках одного появится апельсин. Настоящий, с запахом! Соло с апельсином (Ашот Назаретян) в стиле фламенко удивит своей абсолютной чужеродностью. Герой словно вспоминает: кто он и откуда, в его движениях, как память о чем-то дорогом и давно забытом, возникнет осмысленность и стиль. И это будет ответом на издерганную, захлебывающуюся жизнь жертв урбанизма. А был ли выход вообще? В спектакле - это вопрос без ответа.

Перемены в судьбе труппы Смирнова говорят: тупиковых ситуаций можно избежать. Нужны талант и немного везения.