ПРЕССА

Интервью с Кириллом Стрежневым

18 апреля 2011, Антон Ольшанников, "Европейско-Азиатские новости"

Как стало известно агентству ЕАН, среди лауреатов XVII-й национальной театральной премии "Золотая маска" оказались Театр кукол, Музкомедия и "Провинциальные танцы". Премия "За вклад в развитие театрального искусства" была вручена актрисе Свердловского театра драмы Галине Умпелевой.

Постановка "Коляда-театра" "Фронтовичка" масок не получила, хотя выставлялась в двух номинациях: "Драма - спектакль малой формы" и "Драма - работа режиссера". Впрочем, руководителя театра Николая Коляду это не сильно расстроило, о чем свидетельствует запись в его блоге.

"В Москве было чудесно... И вообще, спектакли принимали хорошо, мои артисты (и главное, все студенты, десять человек!) бегали по театрам и смотрели спектакли, была замечательная гостиница, и вообще - все-все, что я задумывал - так и произошло... У всех настроение замечательное. Спасибо, Москва! И "Маске" спасибо - в этом году все удивительно четко было организованно... Я в таком хорошем духе. Все здорово! Вывез 35 человек народу в Москву, из них 10 студентов. Мир посмотрели, себя показали. Разве плохо? Нет, хорошо", - написал драматург в своем интернет-дневнике .

Екатеринбургский Театр кукол получил маску за кукольный спектакль "Грибуль-простофиля и господин Шмель". "Провинциальные танцы" удостоились награды за постановку "Песня не про любовь". Самое большое количество наград оказалось у Свердловского театра музыкальной комедии: Лучший спектакль в жанре мюзикла или оперетты, лучшая работа режиссера Кирилла Стрежнева, композитора Александра Пантыкина и дирижера Бориса Нодельмана.

Наш корреспондент совершенно случайно столкнулся с главным режиссером театра Музкомедии Кириллом Стрежневым там, где совсем не ожидал, и, пользуясь случаем, взял у двукратного лауреата "Золотой маски" небольшое эксклюзивное интервью.

Кирилл Савельевич, мы с вами столкнулись в непривычном для встреч месте - в больнице. Как вас угораздило? Почему вы не с коллегами, там, в Москве?

- Я так долго был с коллегами, без отпусков, без выходных, что, в общем, наверное, "перегрелся". Для того чтобы продолжать быть со своими коллегами, мне необходимо подкрепиться и уже через 10 дней прийти на работу в нормальном состоянии, чтобы и дальше заниматься творчеством.

Ну, какой-никакой, а отдых и отрешение от такой бурной работы и творческой деятельности.

Да, даже хорошо, надеюсь, что удастся привести себя в порядок. В основном, хорошо, что это покой, можно сосредоточиться на каких-то мыслях своих, хотя выходить из такой бурной жизни в такую вот спокойную крайне тяжело, как будто из тебя какой-то дракон вылезает - такое ощущение ломки. Но сегодня уже вроде лучше, привыкаю к этим "тюремным" условиям. На самом деле надо настроиться и заняться вплотную здоровьем, что я теперь планирую каждые полгода делать.

Главное, что в этой бурной рабочей деятельности есть и приятные моменты.

(Улыбается) Приятность одна - мы делаем хорошие спектакли, и этим окупаются все неприятности.

15 числа вам, наверное, даже на больничной койке было не до спокойствия и отрешения. Вы сами откуда узнали про победителей?

У нас на вручении сидели директор и мой помощник по литературной части, и, когда вручили, тут же я получил первую SMS-ку, что "ура, у нас три маски". Дальше посыпались SMS-ки, звонки, и это продолжалось с 10 часов вечера до половины восьмого утра. Хотел даже телефон отключить, но этого делать нельзя, люди тебя поздравляют, хотят обсудить. Такая ночь, которую вся Москва праздновала, Петербург, Екатеринбург. Мы как раз в Москву из Петербурга приехали, там четыре спектакля показывали, в Москву везли только "Мертвые души" на "Маску". Там все тоже всколыхнулось, огромное количество друзей прознали про нашу победу и присоединились к поздравлениям.

О победе. Достаточно вам четырех масок, или кажется, что где-то не додали?

Ну, 4 из 10 - такого ни у кого на этой маске не было. Больше двух ни у кого не было - тут мы поставили своеобразный рекорд. Ну и теперь у нас за 5 лет - 16 масок.

Не стала "Маска" за все это время для вас каким-то общим местом, традицией, что ли? Она каждый раз новая, неожиданная?

Разные мнения про фестиваль "Золотая маска" есть. Но все равно это главная театральная премия России, наш театральный Оскар российский, ну как может Оскар надоесть. И вот мы получили за лучший спектакль в своем жанре, я мечтал именно об этом больше всего, потому что все, кто создавал этот спектакль, причастны к этой маске. Это не персональная, а именно общая. У меня две есть, у Бориса Нодельмана тоже есть, Саша Пантыкин тоже получил маску, и теперь я даже не знаю, что ему еще может быть надо (смеется).

Раз уж вы затронули "разные мнения о маске". Как вы воспринимаете утверждения наблюдателей о том, что "Маска" сегодня теряет свой авторитет?

Она уже лет 15 теряет свой авторитет, все никак потерять не может. В основном, довольны всегда те, кто что-то получил, но их гораздо меньше, чем тех, кто ничего не получил. Пережить вот это неполучение довольно сложно психологически. Для некоторых это прямо травма. Поэтому те, кто говорит сегодня, что маска изживает себя, в следующем году привезет хороший спектакль, получит маску и не будет так говорить. Вообще, я считаю, что идти на рекорд никогда не надо, нужно честно делать свое дело. Сделай хороший спектакль - и не будешь заниматься интригами.

Это вам легко говорить, с 16-ю коллективными и двумя вашими личными масками.

На маске ведь спектакли разного уровня бывают. Бывает, приезжают коллеги, и начинается: "Вот, мне не дали", - я смотрю - ну, а спектакль такой средний, ну, не дали - и правильно. Ну, и смотрите, нам дали маски - режиссеру, дирижеру, спектаклю и композитору - "слонам". Актеры не получили ничего, но тут надо понять жюри, потому что ребята стали жертвами обстоятельств. Жюри, как мне потом пересказывали, сказало: "Мы не могли вам все отдать, хотя вы этого и заслуживаете, но там еще два театра". Поэтому главные между нашими распределили, а актерские распределили между Ростовом и Хабаровском. Неизбежная ситуация, и мы были к ней, в принципе, готовы.

Что дает маска? Денежного вознаграждения вместе с ней, такой красивой и хрупкой, не вручают. Какой-то эффект она в итоге имеет? Или это просто, чтобы театр собой гордился и знал, что работает хорошо?

Театр работает не для себя, а для зрителя. А это все - это имидж театра, авторитет театра. Маска не единственная награда, мы вообще не обижены наградами, у нас ими все стены увешаны. Ну да, маска действительно ничего не дает в плане денег. Мы вот сейчас будем получать премию губернатора нашего, к счастью, там наш актер Женя Зайцев, исполнитель роли Чичикова попал, вот эта премия дает. Я ему вот говорю: "Вот, Женя, смотри, ну, маска, ну, висела бы она у тебя, а тут ты пойдешь и купишь себе что-нибудь".

А на посещаемость влияет?

Это авторитет, конечно. Зритель не так глуп, как кто-то, может быть, считает. Люди сидят в интернете, обсуждают. Тем более аудитория поменялась сейчас, когда мы начали ставить в жанре мюзикла наши спектакли. Это молодые люди, они сидят в сети, переписываются, а мы эту переписку читаем и делаем для себя выводы какие-то. А ведь это рядовые зрители, искренние, вплоть до ненормативной лексики, у них максимализм, и, если понравилось, то полный восторг, а не понравилось, то полное... хм (усмехается). И "Золотая маска" вот для этого зрителя - это повод прийти и посмотреть, убедиться, за что там маску дали, что они играют. Это и повод для учредителей наших - министерства культуры, структур губернатора - это повышает в их глазах наш рейтинг. Им понятно, что они имеют дело с хорошим театром.

Кроме того, как я понимаю, есть надежда, что власти задумаются о том, чтобы лучше вас поддерживать, и не только морально, но главное - материально?

Ну, да. Работает, к примеру, какой-нибудь серенький театр. Хорошо работает, но не замечают. А мимо этого фейерверка не пройдешь уже. Несмотря на то, что руководство властное нас не очень вливаниями балует, но хотя бы уважение. Это полезно и для совета попечителей театра. Там бизнесмены, руководители крупных предприятий, и для них важно, кому они будут давать свои деньги. Ну, а в афишах и везде идет информация о том, кто нам помогал.

Как я понимаю, и в этот раз поехали тоже не за областные деньги? Сколько человек уехало на маску?

220 человек. А в Петербурге на постановках было более 400. Часть вернулась в Екатеринбург, часть, занятая в "Мертвых душах", поехала в Москву. И вот за то, что нам удалось разместить наших 220 человек, нашим попечителям спасибо, это, конечно, подвиг.

Кирилл Савельевич, а за вас кто маску получил?

Получил Михаил Вячеславович Сафронов, директор театра. Он получил и за театр, и за меня, и за Нодельмана, он бегал там, как челнок, туда-сюда (смеется). Там они еще очень хорошо придумали: раньше маска была с вкраплениями камешков, и часть камешков была настоящей - маска стоила более 3 тысяч долларов. Теперь они делают это все со стразами, а к маске прилагается такой значок, который можно приколоть на лацкан. На нем изображена сама маска, и весь значок усыпан бриллиантовой крошкой. И это правильно придумано, не буду же я маску с собой носить, а так значок надел, притом он очень красивый.

В этом смысле даже можно сказать, что маска эволюционирует.

Ну, вот, а вы говорите, что загнивает. Да нет, все нормально (улыбается).

Дальнейшие планы по "освоению" классики есть?

Да, есть. В мае мы должны сыграть премьеру мюзикла Максима Дунаевского "Алые паруса". После этого приступаем к работе над мюзиклом "Белая гвардия", Владимир Кобекин уже начал писать музыку к нему, Аркадий Застырец будет делать либретто по Булгакову. Ну и в перспективе "Скрипач на крыше" - это Шолом Алейхем. Такие вот творческие планы.

Булгакова не боитесь ставить, с ним постоянно связывают какую-нибудь мистику?

Мистика там, в основном, касается "Мастера и Маргариты". Вот это никогда не стал бы ставить, она заколдованная, да и я убежден, что "Мастер и Маргарита" не подлежит постановке в театре или переносу на экран, это все-таки литература. А "Белая гвардия" - есть уже ряд выдающихся спектаклей. Там нет мистики, там есть пронзительная русская душа, и сегодня, как мне кажется, это может попасть в умонастроение зрителя.