ПРЕССА

Путешествие во времени... с нечистой силой

19 марта 1999, Лариса Вакарь, "Уральский рабочий"

Пожалуй, название нового спектакля "Черт и девственница" на музыку Армандо Тровайоли вызывает наибольший интерес в репертуаре Екатеринбургского академического театра музыкальной комедии. Прошло уже несколько представлений, а в зале по-прежнему аншлаг.

В России - впервые

Любви (в данном случае - к театру) все возрасты покорны, но все же на "Черта и девственницу" больше идут люди среднего и молодого поколения. Это мюзикл, и значит, здесь особая энергетика, характерный, более современный музыкальный язык, быстрый темп действия, элементы шоу. Сюжет тоже имеет свою специфику: вечная тема "мужчина и женщина" предстает не в традиционно комедийном опереточном плане, а более многопланово. Помимо комических эпизодов, в "Черте..." достаточно психологически неоднозначных моментов, когда смешиваются черты привычных амплуа. Это помогает держать в напряжении публику, а актерам предоставляет широкий диапазон прочтения полей. Например, у Павла Дралова Князь аристократически-ироничный и характерно-комический, а у Олега Логинова более лирический и в то же время более "демократичный". Персонажи Матушка Лалла и Соседка Клеофе (Галина Петрова и Татьяна Скалецкая) сочетают в себе черты комически-характерных, возрастных, лирических (мелодраматических) героинь. Это требует от актрис особого мастерства и вкуса, поскольку необходимо показать не только грани характеров, но еще "подогреть", "закрутить" многочисленные изгибы и перипетии сюжета, участницами которых являются персонажи.

Пьеса "Черт и девственница" в России до сих пор не была известна, так что ее постановка стала одновременно премьерой екатеринбургской и российской. Мюзикл, созданный в 80-х годах на либретто итальянских драматургов Иайе Фиастри и Бернардино Дзаппони, наш театр получил в версии известной переводчицы Татьяны Скуй и для своей постановки сделал собственную редакцию. Суть сюжета: Сатана отправляет Черта предположительно в Рим конца нашего века, с тем чтобы тот заполучил для него очень ценную добычу, душу 80-летней старушки, незапятнанную ни единым земным грехом. Задача Черта - все-таки совратить ее с пути праведного в один из переломных моментов прожитой ею жизни, и он вместе со старушкой Аделиной (Римма Антонова), катаясь на роликовой доске и играя в баскетбол, отправляется в начало XX века. (Между прочим, изначальное название пьесы можно перевести с итальянского как "Если бы время повернуть вспять!"). Далее следует прямо-таки детективная история с "Аделиной в прошлом", которую очень естественно, пластично и обаятельно играет молодая солистка театра Елена Маленьких. В роли Черта - Владимир Смолин. Это в спектакле самая большая по объему роль, изобилующая серьезными вокальными номерами, предельно насыщенная всевозможными акробатическими элементами и фантастическими превращениями.

Главный режиссер театра Кирилл Стрежнев последовательно осуществляет идею о постоянной работе в трех направлениях: классической европейской оперетты, классически советской-российской музыкальной комедии и современного мюзикла. Причем именно мюзикл требует от театра наибольших усилий и затрат, начиная от финансирования постановки и заканчивая творческой работой всех цехов. Предыдущие постановкой в жанре мюзикла был "Оливер!" Л. Барта, и потребовалось почти пять лет, чтобы в нынешних жестких условиях собрать силы для следующего спектакля. По уровню технического оснащения он действительно стал шагом вперед. Во-первых, здесь задействована новая световая аппаратура, предоставленная фирмой "Сабона" и используемая у нас обычно лишь в эстрадных шоу. Во-вторых, и это более всего выделяет спектакль в ряду других, - впервые в практике театра применяются дистанционные портативные, достаточно хорошо маскируемые гримом микрофоны, которые для этого представления дает в пользование Уральский театр эстрады. "Спасибо друзьям!" - как говорят в музкомедии, надеясь при этом, что со временем вся необходимая аппаратура будет в собственном арсенале технических средств. Ведь на Западе микрофон в мюзикле уже давно естественный атрибут жанра.

Жанр диктует условия

Работа с микрофоном в условиях нашего театра открывает новые сценические перспективы. Действие "приближается" к зрителю, детализируется; актеры - и это особенно важно в условиях несовершенной акустики зала - наконец оказываются избавленными от неизбежного форсирования голоса. В подробностях слышен весь текст спектакля, включая речевые и хоровые эпизоды, а также сольные вокальные номера. Оказывается возможным строить мизансцены с пением из любой точки сценического пространства в активном движении актеров или спиной к зрителю, с новыми выразительными средствами в голосе (с микрофоном хорошо слышны нюансы интонации, можно петь шепотом, легче достигать необходимого баланса между солистами и оркестром). Естественно, вместе с преимуществами стали более явными традиционные недостатки. Добавились и новые проблемы. Явственнее сейчас обращают на себя внимание неловкие текстовые обороты, появилась большая зависимость актера от звукооператора и качества работы техники, во время спектакля возможны звуковые "перегрузки", искажения, пропадания звука и прочее.

В планах театра - приглашать для подготовки новых спектаклей компетентных специалистов в своей области, например, педагогов по эстрадному вокалу, хореографов для постановки специфически мюзиклового балета, а также движения в массовых сценах (это играет важную роль в создании особой "мюзикловой атмосферы" спектакля). В "Черте..." работа балетмейстера Владимира Пона получилась неровной. Наряду с великолепными сольными номерами (выразительное "Танго с сигарой" в исполнении Ирины Кабановой и Эдуарда Садыкова) есть "заторможенные" сцены, находящиеся в явном противоречии с энергетикой музыкальной партитуры и использованными в ней жанрами и стилями популярной музыки XX века. Являясь символами своего времени, они вызывают вполне конкретные темповые, ритмические, вообще двигательные ассоциации, последовательно, на протяжении всего спектакля "поднимают температуру" музыкальной драматургии, продвигаясь от чарльстона до рэпа (последний в спектакле вообще хореографически не решен).

Ощутима затянутость действия из-за слишком детализированных, с многочисленными подробностями разговорных эпизодов (особенно в первом акте).

Выручает красочная, яркая, динамичная сценография спектакля. Костюмы и декорации включают в себя намеки на многочисленные художественные стили, живописные жанры, разные типы дизайна и моды различных времен. Быстрые перестановки, привлекательные живые картины и бутафорские натюрморты, изысканные одежды аристократии начала века в стиле модерн, черно-красный колорит и спецэффекты "адских" сцен, спортивный молодежный стиль нашего времени - все это сливается в красочную картину и вместе с увлекательным сюжетом держит зрительское внимание на протяжении вечера.

И все же спектакль, наверное бы, не состоялся, если бы не было к его появлению иных, более глубоких причин. В произведении главенствует замечательная идея, очень актуальная сейчас для российского зрителя. "Весь спектакль герои, - говорит режиссер, - находятся в борьбе с силами Зла. В нашей сегодняшней жизни мы тоже постоянно находимся в борьбе: с самим собой, с суетой, с обстоятельствами, с соблазнами, подлостью - одним словом, со Злом. Трудно выстоять. Вот наши герои выстояли и заслужили право на любовь и счастливую жизнь. Поэтому наш спектакль - гимн человеческому Духу и возможностям человека противостоять Злу".