ПРЕССА

Пришлась ко двору

20 мая 2008, Марина Порошина, "Российская газета"

О новом спектакле Свердловского академического театра музыкальной комедии "Екатерина Великая" российские (да что там - мировые!) СМИ заговорили задолго до того, как о приятном факте узнал сам театр. Еще три года назад в Москве состоялась презентация проекта, заявленного как "первый эпический русский мюзикл".

Имена авторов проекта говорили сами за себя - композитор Сергей Дрезнин (созданные им музыкальные спектакли идут на сценах театров Вены, Берлина, Нью-Йорка и Москвы), знаменитый драматург Михаил Рощин, одна из самых успешных и преуспевающих режиссеров Москвы Нина Чусова. Художником по костюмам должен был стать известнейший театральный художник Павел Каплевич. Плюс фигура самой императрицы Екатерины Великой с точки зрения мюзикла... Словом, театралы приступили к нетерпеливому ожиданию обещанной сенсации.

Таким образом, к уже перечисленным составляющим успеха еще задолго до премьеры добавился коллектив одного из лучших музыкальных театров страны, несколько лет подряд коллекционирующий "Золотые маски" за свои спектакли, и хореограф с мировым именем Татьяна Баганова. Журналистам сообщили, что Павел Каплевич шьет платья из ткани, созданной по им самим изобретенной технологии, за секрет которой ему огромные деньги сулили, кажется, в Голливуде, но художник дал им отлуп. Царские платья еще до премьеры были показаны в Москве на выставке для измученных шопингом миллионеров. На очередной презентации сцен из готовящегося спектакля исполнительницы главной роли радовали фотографов бриллиантовыми колье за 15 миллионов рублей.

Впечатление первое - спектакль ошеломляет. Чего ни коснись - все в превосходной степени: блистательные костюмы, стильное либретто, виртуозное оформление сценического пространства (сценографы Анастасия Глебова и Владимир Мартиросов), впечатляющие видеоэффекты на двух огромных, во все зеркало сцены, экранах. Мастерская работа артистов хора и балета в массовых сценах, которые, вот уж действительно, массовые, только успевай крутить головой. В общем, превосходные эпитеты уже на исходе, а о сложнейшем музыкальном материале, знаменитой "багановской" хореографии и жесткой продуманной режиссуре еще и говорить не начинали.

Нет, не случайно Нина Чусова - одна из самых востребованных российских режиссеров. Она одинаково уверенно ставит классику и "новоделы", спектакли музыкальные и драматические, на английском и русском, в столице и провинции. Кажется, она не знает, что такое усталость, и ее сногсшибательная энергетика вполне воплотилась в спектакле. В одном из интервью сама Чусова определила существование актеров в этом спектакле как "коллажное", вообще-то больше свойственное кино, чем театру. Но, по ее словам, екатеринбургские актеры вполне овладели этим стилем.

Спектакль - настоящий коллаж из десятков сюжетов, персонажей, исторических фактов, хореографических номеров, костюмов, интонаций - от пафосной риторики до сатиры и трагедии. В придачу за 2 часа 40 минут сценического действия нам подробно рассказывают об исторических событиях, происходивших на протяжении пятидесяти лет, и каких событиях! "Коллажно" и музыкальное осмысление драматургического материала. У каждого персонажа - свой музыкальный язык: бродвейские мелодии сменяются русскими фольклорными, православные песнопения - рэпом, классическая оперетта - драматической оперной арией, марш - колыбельной.

Режиссер Чусова поистине железной рукой собирает воедино все это действо, способное, как нагнетаемый в котле пар, при малейшей неосторожности в клочья разорвать любую емкость. Но Чусова ошибок не допускает. Она ежеминутно четко знает, какого эффекта хочет добиться и как именно воздействовать на зрителя. Она проводит его через шок, сопротивление, недоверие - к интересу, сопереживанию, местами такому, что дух захватывает. И опять - шок, сопротивление, интерес... И еще раз. И еще.

Но на каком-то этапе чувствуешь себя стоящим на перроне пассажиром, мимо которого на огромной скорости проносится бесконечный, яркий, сияющий огнями, грохочущий поезд - вагон за вагоном, пока у тебя не начинает кружиться голова и ты не сбиваешься со счета. Нет, единство подхода соблюдено четко - Чусова работает безукоризненно. Но если в первом действии есть живая Екатерина - трогательная девочка, теряющая голову от выпавшего ей счастья, нелюбимая жена, несчастная мать, пылкая любовница, наконец, ощутившая вкус власти императрица (великолепная работа юной актрисы Марии Виненковой!), то во втором императрица Екатерина лишь обозначена. Прекрасной актрисе Нине Шамбер трудно пробиться с эмоциями своей героини через совершенно самодостаточные сцены сатирического заседания Уложенной комиссии, страшного пугачевского бунта, похоронного бабьего воя над убитыми в бою, канканных плясок фрейлин и наглого шабаша очередного фаворита с его вороватой семейкой.

Надо заметить, что из предложенной трактовки исторического материала не вполне понятно, чем заслужила императрица титул Великой. Судя по либретто, глупость своей затеи с освобождением крестьянства она быстро осознала, во время крымской поездки проявила младенческую наивность, пугачевцев велела "вешать", с фаворитами окончательно оконфузилась - и с тем отошла в мир иной. На самом деле императрица ушла со сцены задолго до финала спектакля, потерявшись в шквале событий и интриг. А наша способность сопереживать осталась с той девочкой в первом акте, которая, замерзая в ледяном одиночестве Зимнего дворца, мечтала о великой России.

"Убийство, похоть, дворцы и власть - это похоже на идеальную смесь для голливудского блокбастера или для хита в лондонском Уэст-Энде", - писала еще накануне премьеры влиятельная английская газета "The Independent". О будущей столичной премьере и европейских гастролях с уверенностью говорит и Сергей Дрезнин:

- В Москве нет музыкальных шоу на материале русской истории. А это будет первый мюзикл с русским сюжетом. Да и за границей, где я долго работал, ждут подлинно русских мюзиклов, которые можно будет показать западному зрителю. У нас уже есть предложения от немецких продюсеров, которые очень заинтересовались проектом, и либретто на немецком языке уже есть.

Бесспорно: для Запада наш идеальный спектакль еще более идеален. Тем более, что лишних вопросов о конечном пункте назначения с грохотом летящего мимо русского поезда в Уэст-Энде уж точно задавать не будут. Счастливого пути!