ПРЕССА

Лютый холод у порога... Кирилл Стрежнев «будит ассоциации» в «Белой гвардии»

30 ноября 2012, Татьяна Казанцева, © JustMedia

Генеральный прогон, большая репетиция накануне премьеры – это особая атмосфера, смесь волнения и желания поскорее выплеснуть, отдать все то, что накопилось за многие дни репетиций. Зрителей в зале еще нет – только коллеги и немногочисленные гости. Но напряжение от этого не уменьшается, ведь сейчас в первом ряду сидят одни из самых требовательных зрителей – режиссер Кирилл Стрежнев, хореограф Гали Абайдулов, свое место в оркестре уже занял дирижер Борис Нодельман.

а опущенным темно-бордовым занавесом раздаются шаги, шарканье, скрипы, смех – там уже собрались артисты. Вдруг раздается звонкий мальчишеский голос: «Читайте, читайте, всю правду узнайте!». Это маленький артист «пробует» свою реплику со сцены. В оркестре настраивают инструменты, слышны звуки трубы.

Режиссер берет с маленького столика микрофон и негромко произносит: «Готова сцена!». За бархатным занавесом тут же воцаряется полная тишина. Он медленно поднимается, а там…

Большой город на реке засыпают хлопья медленно падающего снега. Мужской голос негромко рассказывает о «людях, которых уже нет на свете». Потом сквозь снег проступают очертания комнаты с роялем, ширмами и большим круглым столом. Наступает тихий киевский вечер в одной русской дворянской семье.

Семья Турбиных и их друзья мирно пьют чай за столом, а вокруг них плещется человеческое море – господа, судари, мужики, товарищи и граждане в соответствующих своему званию костюмах. Их, как и весь спектакль, «ведет» музыка Владимира Кобекина, она выводит их на сцену и выталкивает с нее, она диктует ритм и характеры, даже реплики персонажей.

Снег, холод, тьма, ветер. «И царя теперь не будет, сгинуть всем теперь придется, лютый холод у порога»,– поют «гимназистки» и «офицеры», «кухарки» и «газетчики».

Затем полупрозрачный занавес, на который проецируется городской пейзаж, скользит вверх и толпа исчезает со сцены, оставляя на ней лишь семью Турбиных. Знакомые реплики «ведут» по спектаклю вместе с музыкой:

«Неужели не могли дать вам валенки?» – «Не целуй меня, я с холоду, ты простудишься» – «Катастрофа – желто-голубые обложили город» – «В такой момент он похож на крысу»…

Пересказывать весь спектакль невозможно, да это к тому же и неблагодарное занятие. Лучше рассказать о том, что запомнилось. Театральное действо стилизовано под 1918 год, даже дым, которые медленно идет на сцену в течение всего спектакля, слегка размывает «изображение», словно на старой фотографии. А вот темп спектакля, который задает музыка, быстрый, вовсе не меланхоличный, и от этого и появляется ощущение реальности происходящего.

Дирижер Борис Нодельман признался, что работать с музыкой Кобекина непросто:

«Это необычная музыка. Это серьезная оперная музыка, и все номера идут «атакой». Непросто и музыкантам, и артистам. Но музыканты рады этой работе – для них это новый этап. А вы обратили внимание на саксофон? Только живой звук!».

Хореограф Гали Абайдулов заметно волнуется:

«Я не первый раз работаю с этим театром. Это большая радость – работать с ними, просто сердце трепещет. Труппа замечательная, артисты – очень живые, светлые и добрые люди. Это ведь сразу видно на сцене. Музыка Кобекина очень многомерна – от сатиры до иронии и лирики. Я потрясен».

Режиссер Кирилл Стрежнев тоже прежде всего отдает дань музыке:

«Мне в жизни везет, потому что работать с Кобекиным – счастье, подарок с небес. Там столько отсылок и ассоциаций! Для меня эта работа будет дорога. Есть просто хорошие спектакли, а есть вехи. Когда-то был «Беспечный гражданин», затем еще одна веха – «Мертвые души», «Скрипач на крыше». Вот сейчас «Белая гвардия». Я люблю работать с высокой драматургией, и счастлив, что ставил Гоголя, Шолом-Алейхема, вот теперь – Булгакова. В этом есть здоровое начало для театра, на высокой драматургии артисты развиваются. И не только артисты. Меня очень радует, что на спектакли пошла молодежь».

Режиссер добавил, что ключом к «Белой гвардии» являются слова «Мы живем в этой стране!»: «Тема смуты, неразберихи проецируется и на наше время. Задача театра вообще и этого спектакля в частности – пробудить ассоциации».

Однако от спектакля не остается ощущения безысходности, потому что «груз беды не убьет России», как поет в последней сцене Алексей. И продолжает:

«Кто погиб, как герой – розы к изголовью, Раны тех, кто живой – исцелят любовью!»

Финал символичен – сон Пети, маленького соседа Турбиных, который «не интересовался ни белыми, ни красными, да и любовные переживания взрослых были ему неинтересны».

Мальчику снится, что в доме Турбиных наряжают елку. Он с восторгом рассматривает новогоднее чудо, Елена разрешает ему украсить елку игрушками. Петя берет звезду и поднимает руку вверх, любуясь ее сиянием, которое словно заливает всю сцену. Все правильно, ведь «В сердцах никогда веры не теряйте».

Сегодня в Екатеринбургском театре музыкальной комедии – премьера.