ПРЕССА

«Добрый мороженщик, безвозмездно дарящий эмоции»

12 сентября 2013, Мария Мехоношина, "Just Media"

В этом году один из главных театральных столпов Екатеринбурга — Свердловский государственный академический театр музыкальной комедии — отметил 80-летие. С 18 по 25 сентября в театре пройдет целая череда праздничных мероприятий под названием «Юбилейная октава»: спектакли, воспоминания актеров, открытие мемориальной доски легендарного режиссера Владимира Курочкина и многое другое. Накануне празднования юбилея театра JustMedia пообщался с актерами музкомедии — теми, кто делал и делает театр таким, каким видят его зрители. Наши собеседники, оторвавшись от предпраздничной суеты, поделились воспоминаниями о лучших моментах работы, курьезах, ставших легендами, и людях, благодаря которым легендарным стал театр.

 

Солистка театра музыкальной комедии Татьяна Мокроусова вспоминает, как пришла в театр восемь лет назад, и рассказывает о добрых традициях театра:

— Еще студенткой в Оренбургском театральном институте я с друзьями я решила, что хочу поступить именно сюда. Помню, как стояла рядом со зданием театра и думала: «Господи, ну хоть бы сюда попасть!». И спустя все эти годы могу сказать: мне очень повезло, что все сложилось именно так. Наш театр — лучший в стране, это флагман в бурной реке мировых премьер. Здесь ставятся вещи, которые нигде в мире больше не идут. Спектакли специально создаются для этого театра и наших актеров. «Силиконовая дура», «Мертвые души», «Белая гвардия» — перечислять работы можно долго.

Здесь замечательная команда руководителей — этакие киты, которые двигают наш театр вперед. А что говорить про актерский состав! Мы всегда обговариваем все проблемы, делимся опытом друг с другом. Опытные артисты принимают молодых и помогают им. Когда я вводилась в спектакль «Принцесса цирка», в свое время в нем блистала в роли Мари Ирина Викторовна Цыбина. Она играла в первом составе и знала все тонкости этого спектакля. Я переживала о том, как буду входить в эту роль, и попросила ее помочь мне. Она ответила: «Конечно!». Ирина Викторовна буквально сидела со мной, показывала каждое движение. Это была колоссальная работа! А спустя несколько лет я уходила в декрет, и уже мне пришлось вводить ее на свою роль — в спектакле «Мертвые души». Так что добро возвращается. Кажется, что актеры должны закрыться, как шкатулки: «Мы сделали свою роль, теперь ты трудись». Но они дарят свой талант и драгоценный опыт нам, молодым артистам.

Если сравнивать театр с человеком, то он у меня ассоциируется с таким большим, пушистым, добрым толстяком с белоснежной улыбкой и огромными голубыми глазами. Он продает мороженое и дарит всем безвозмездно радостные эмоции.

 

Римма Антонова-Жердер, народная артистка России — одна из тех, кого в театре называют хранителем традиций. В Свердловскую музкомедию она пришла в 1966 году и видела работу не одного поколения актеров. С особой теплотой она вспоминает начало своей театральной деятельности:

— Когда я пришла в театр, то в нем была удивительная атмосфера. Здесь работали люди, не только поцелованные Богом, но еще и доброй души. Целое созвездие актеров: Маренич, Емельянова, Викс, Энгель-Утина, Духовный, Сытник, Виноградова и многие другие. Здесь за все время было только три главных режиссера, и это постоянство тоже показательно.

Актеры любили подтрунивать друг над другом, но по-доброму. Был такой актер Днепровский. Он был настоящий денди, но однажды с ним случилась интересная история. Был выездной спектакль, и он на чужой сцене как-то неловко облокотился и разбил стекло. Припоминали эту историю ему еще долго: вручали это стекло в качестве подарка, и разыгрывали много других шуток. Он не обижался и добродушно отвечал на все шутки.

 

Заслуженная артистка России Любовь Бурлакова вспоминает, что в театре всегда царила атмосфера семейственности:

— Я пришла в театр 35 лет тому назад... Это было в прошлом веке. Главного режиссера Владимира Акимовича Курочкина все называли «папа». Помню, мы, молодые актеры, очень удивились, когда однажды на репетиции Валентина Михайловна Валента, ровесница Владимира Акимовича, сказала: «Знаете, сегодня зайду к папе». Мы знали, что отца у нее давно нет в живых. И только потом выяснилось, что папа — это наш руководитель театра. И все это время театр для нас, актеров, — это семья.

В прошлые годы театр назывался «Лаборатория советской оперетты», и название отвечало тому, что здесь происходило. Лучшие композиторы и либреттисты писали произведения только для нашего театра, и каждая премьера сопровождалась огромным успехом. Кирилл Савельевич Стрежнев, наш сегодняшний главный режиссер, взял «волшебную палочку» у Владимира Акимовича и продолжает создавать спектакли, которые признаны лучшими в стране. Планка, которая была поднята Курочкиным, не только не опущена — она снова поднята.

 

Народная артистка России Надежда Басаргина, проработавшая на сцене Свердловской музкомедии 35 лет, не жалеет о том, что однажды свернула с дороги оперного искусства:

— Я приехала сюда выпускницей Ленинградской консерватории и думала, что музкомедия станет для меня лишь этапом на пути к опере. Но, попав в эту атмосферу, поняла, что хочу остаться здесь: грех был уйти отсюда! Меня встретили так, как будто давно знали. Примы театра Нина Александровна Энгель-Утина и Мария Густавовна Викс приняли меня как родную, старались помочь, если что-то не получалось, говорили: «Попробуй еще раз».

Владимир Акимович Курочкин, режиссер театра, буквально завалил меня работой. Он давал мне все: и классику, и мюзиклы, и советские произведения. Я играла в 3-4 спектаклях за сезон. Но он был и требователен ко мне, заставлял работать над собой. После спектакля Владимир Акимович часто анализировал мою игру: «Вот здесь ты не дотянула немного: сыграла на 220 градусов, когда нужно уже на 500!».

И артисты, и режиссер помогли справиться с еще одной трудностью: я пришла сюда как оперная артистка. Но петь — это одно, а играть и танцевать — совсем другое. И я безумно благодарна Нине Сергеевне Стрельцовой, ассистенту балетмейстера, которая очень много времени мне уделяла. Она — старейший работник нашего театра, ровесница Свердловской музкомедии: ей 80 лет.

Родом она Санкт-Петербурга, точнее — из Ленинграда, пережила блокаду, попала сюда едва ли не в 18 лет. И уже 61 год она работает в театре! Этот человек — просто чудо. Она всегда готова помочь, всегда в строю, что бы ни случилось. Нина Сергеевна — очень скромный человек, и о себе никогда ничего не расскажет. Но я бы очень хотела, чтобы в этом материале о юбилее театра вы рассказали и о ней.

 

Солист музкомедии, заслуженный артист России Владимир Алексеев вспоминает истории, ставшие притчей во языцех в театре:

— Случаев было много. Как-то мы играли «Принцессу цирка». И в одной из сцен действие проходило на качелях. Видимо, тросы, на которых висели качели, не закрепили. А моей партнерше по сцене нужно было сесть на эти качели, и она упала до самого пандуса. Я так растерялся, что даже руки не подал ей, был в шоке. И вот она сама поднималась. В зале смех, а нам нужно продолжать серьезный диалог. Этот момент помню уже много лет. Он был на заре карьеры, по-моему, третий сезон работы. Сейчас в театре я уже семнадцатый год, и «компьютер» в голове работает намного быстрее. Ориентироваться на сцене стало проще.

Была еще одна смешная история, случилась она также со мной и еще одним артистом — Николаем Капленко на спектакле «Прекрасная Галатея». Коля — Пигмалион, я — его подмастерье Ганимед. Мы ждали на сцене прекрасную Галатею. А у Галатеи перед выходом на сцену, видимо, заело молнию на платье. Мы сказали уже весь свой текст, а ее все нет. Пришлось импровизировать. Я решил задать вопрос: «Мастер, я когда-нибудь смогу когда-нибудь ваять так же как вы?» — «Нет, не сможешь,— идет чистая импровизация от моего партнера.— Потому что ты — дурак. Пойди книжки почитай». Древняя Греция! Какие там книжки! Эту историю театралы вспоминают до сих пор. Слава богу, актриса в этот момент вышла, и продолжать диалог не пришлось.

А если о серьезном, то театр за последние годы очень изменился, он стал многожанровым, что пошло ему на пользу. Наш главный режиссер Кирилл Савельевич Стрежнев стал ставить на сцене мюзиклы, и их успех — налицо: «Мертвые души», к примеру, взяли четыре «Золотые Маски». А я, кстати, получил премию «Браво!» за роль Ноздрева.

Еще один удачный пример — ремикс-опера «Фигаро». Спектакль тоже был награжден «Золотой маской». С ним мы произвели фурор даже в Москве. Это был 2006 год, и такой жанр был нов. Помню, в гримерку ко мне забежал известный российский композитор Марк Минков со словами: «Это просто что-то!». Он, как и многие другие зрители, думал, что мы работаем под «плюс», но мы пели живьем, без фонограммы.

А в Санкт-Петербурге в 2010 году, где мы также были на гастролях, актеры театра сказали, что мы «разморозили» питерскую публику, обычно не слишком эмоциональную: «Вы привели к нам такого зрителя, который раньше никогда не ходил сюда. Теперь придется держать планку!». Конечно, такие отзывы очень приятны, и я горжусь, что работаю в нашем театре.

Заслуженный артист России Анатолий Бродский, несколько лет назад блистательно исполнявший роль Мистера Икс из «Принцессы цирка», а теперь срывающий овации игрой в спектакле «Скрипач на крыше», рассказывает о своих самых известных работах и подводит итог празднованию юбилея:

— Не могу согласиться, что должен вспоминать только Мистера Икс. Я напел столько других классических героев! Мне просто жалко остальные мои роли как детей. «Принцесса цирка» — этот спектакль ставился с расчетом на меня, на Надежду Басаргину, и на многих других наших актеров. Наверное, поэтому он получился столь удачным. Роль Тевье из «Скрипача на крыше», которую я исполняю сейчас, для меня нехарактерна. Тевье — молочник. А я никогда не был этому близок, я городской человек, родившийся в Баку. Но, видимо, роль удалась, раз на нее столько восторженных отзывов.

80 лет театру… Для себя я говорю, что это не такой уж большой срок. Живут и дольше. Мы еще достаточно молоды, как и сам жанр оперетты. В успехах театра есть большая заслуга тех, кто создавал его: Кукушева, Курочкина, Стрежнева. Я поздравляю с этим праздником всех актеров, всех своих коллег и зрителей, которые преданно посещают наши спектакли и множат славу театра.