ПРЕССА

Чичиков пришел по наши души

21 ноября 2009, Екатерина Шакшина, "Вечерний Екатеринбург"

В академическом театре музыкальной комедии гоголевская премьера - "Мёртвые души". В постановочной группе спектакля, с первой ноты рождённого в театре, снова вместе композитор Александр ПАНТЫКИН, драматург Константин РУБИНСКИЙ, режиссёр Кирилл СТРЕЖНЕВ, дирижёр Борис НОДЕЛЬМАН, художник Сергей АЛЕКСАНДРОВ.

Мотивы поэмы Гоголя стали основой непредсказуемой, как фантасмагория оперы. Здесь разговоров почти нет. Монологи, диалоги, массовые сцены разнообразно и выразительно пропеты соло, дуэтом, хором (вокальный руководитель постановки Елена ЗАХАРОВА, хормейстер Светлана АСУЕВА). И, как умеют только в этом театре, вокальные партии обитателей губернского города N "втянуты" в круговерть передвижений, приказанных музыкой, - резких, замедленных, плавных, ломаных, жеманных и залихватских (хореограф Сергей СМИРНОВ).

Танцуют, как и поют, все. Каждый в унисон характеру, медвежьему Собакевича (Михаил ШКИНЁВ) или, к примеру, пасторальному Манилова (Николай КАПЛЕНКО). Дамский хор во главе с губернаторшей (Светлана КОЧАНОВА), взволнованный тяжёлой проблемой перемен воланчиков на фестончики, естественно перетекает в танец-дефиле "лёгкого поведения". Лейтмотив выходной "арии" (она же - отходная) аборигенов: "Пошла плясать губерния!.." Здесь, посреди разрухи, веселуха...

Опера Александра ПАНТЫКИНА и Константина РУБИНСКОГО "Мёртвые души" родилась в академическом Театре музкомедии и увидела свет рампы в постановке Кирилла СТРЕЖНЕВА 30 октября. Сегодня - впечатления о спектакле, показанном 19 ноября.

Опера начинается скрипом рассохшейся двери, несмазанного колеса брички, крышки сундука, где похоронены забытые куклы. Через минуту они заскачут-запляшут-закружатся-запоют. Тряпичные, с раскрашенными личиками - приятные просто и во всех отношениях дамы города N (Татьяна МОКРОУСОВА, Татьяна ХОЛОПОВА). Гламурно-бритые "налысо", как кинозвёзды, но простецки толстозадые неваляшки - чиновники под началом Губернатора (Александр КОПЫЛОВ). Ряженый казак с турецкой саблей - Ноздрёв (Владимир АЛЕКСЕЕВ). Он переживёт в спектакле два "звёздных" мгновения. Исполнит арию, перепутав пернатое с мечтой лошадника: "Редкая лошадь долетит до середины Днепра...", и, сдав Чичикова начальству, выбьется в лидеры мелкопоместного дворянства.

Помещики эти уютно устроились в скрипучем "гробу". Фарфоровые "пастух и пастушка" Маниловы (Николай КАПЛЕНКО, Анастасия СУТЯГИНА), кукла на самовар в кринолине от подмышек Коробочка (Владимир СМОЛИН), чучелообразные супруги Собакевич (Михаил ШКИНЁВ, Оксана НЕЖИНСКАЯ), пропылённый Плюшкин (Владимир ФОМИН). С продавцами мёртвых душ - всеми разом, за самоваром и без, с мадерой и без оной - торгуется, как поёт, последователь Хлестакова, расположившись на шашечной доске. Это поле битвы-игры на деньги. Все хотят выйти "в дамки", а в люди - никто. Призрачным видением встают, робко воздевая к небу руки, белые мертвецы. Их при жизни продавали-перепродавали, и после смерти прошлое - предмет торга. Но вступил оркестр, и "торнадо" пантыкинской оперы стало стремительно расти, расти...

Живой, красивый, пластичный, почти как Майкл Джексон, очень молодой Чичиков (Евгений ЗАЙЦЕВ) появляется самым фантастическим образом. Спускается в ад мертвечины "маленьким человеком" с ладони Творца - литературного, музыкального, театрального, а, может быть, всевышнего. Чёрная тень Хлестакова, потрепавшего когда-то этот городишко, искушает: "А не сыграть ли нам в шашки?.."

Обречённость авантюры предсказана музыкой. В начале второго акта звучит тема глумления мёртвых жуликов над живым авантюристом. Но авторы и постановщики, посмеиваясь, назвали жанр - "гоголь-моголь". Как сердцевину яйца перетирают с кристалликами сахара, чтобы получить сладкое детское лекарство "от горлышка", так сердцевина разных гоголевских произведений превращается в удивительный микс - музыкальный, драматургический, и финал предугадать не удастся. В кошмарном сновидении Чичикову явятся Ноздрёв, орущий "Я тебя породил, я тебя и...", чиновники, несущие гроб с песнопениями: "Панночка умерла...", сливки общества, завывающие как Вий: "Поднимите нам веки". И Коробочка несёт туфельки "как у самой царицы". К Чичикову придёт в узилище светлый ангел, кандидатка в монашки, губернаторская дочь Лизонька (Мария ВИНЕНКОВА). Несмотря на стародевический (но модный!) лорнет и кроткий нрав, в ней, оказывается, сидит такой чёрт, что тот, которого гонял по небу кузнец Вакула, в сравнении с ней маниловский сынок Фемистоклюс.

Рядом с Чичиковым ещё двое живых. Слуга Петрушка (Алексей ЛИТВИНЕНКО) - совершенный питекантроп, сознающий при этом, что выход один: "Выпить да повеситься". Он уж и голову в петлю просунет, но его легко вернут к жизни тридцать серебреников. А другой...

Чичиков спрашивает его: "Что за книжка? А-а, Гегель. На кой тебе Гегель?", Селифан: "Нет, это Гоголь - прогрессивный писатель..." Возница Селифан, правящий тройкой, в исполнении Павла ДРАЛОВА - лирический герой спектакля. Не расстаётся с книгой, страстно хочет уметь читать и знает - здесь каждая строчка живая. Вот хрипло, неуверенно, в слезах радости прочитано первое слово: "Куда?" В финале, захлёбываясь шипящими, одолеет Селифан безответную фразу: "Куда несёшься ты?.." Какой же русский возница не захочет узнать ответ.